Ола и Отто. Выбор - Страница 24


К оглавлению

24

— А, — сказал лучший друг. — Понятно. Ты — молодец.

— Эй, — проговорила я добреньким голосом, — гном! А что там все же с нашим делом?

— Я его продал.

— Как это — продал? — возопила я. — А на что я буду жить?! Покупать себе новые шмотки? Питаться? На стипендию?!

— Вот он, твой эгоизм, — ответил Отто. — А про меня ни слова! Я ведь тоже кушать иногда хочу… Ну ладно, ладно, не бушуй. Мы не можем потянуть все это сами, пойми. Ты еще скажи, что я был неправ, утверждая, что нам надо учиться.

— Как я буду жить? — стонала я. — И сколько труда насмарку! Я что, зря часами разговаривала с владельцами кабачков, налаживала деловые связи, уговаривала, просила, льстила?..

— Ничего не зря, — возразил полугном. — Деловые связи всегда останутся при тебе. Умение договариваться — тоже. А Хонкадары заплатили хорошую цену, твою половину я честно положил тебе на банковский счет. Тем более что мы всегда сможем вернуться к изготовлению и продаже коктейлей, если тебе вдруг будет угрожать голодная смерть.

Я задумалась.

— Зато, — добил меня лучший друг, — Блондин теперь нас трогать не будет, а гномов щипать побоится. А что, он и вправду…

— Ты опять?! Ничего, о чем ты думаешь, не было, — отрезала я. — Я его укусила и стукнула. А этот хам мне юбку порвал. С-скотина…

— А-а-а, — успокоился полугном. — Ну ничего, ему зачтется. А то я уже задумался, какой же доступный способ защиты чести ты выбрала. Я давно знал, что ты отнюдь не нежная и не хрупкая девушка! Кто-то бы к совести воззвал, а ты — кулаком.

Я закатила в ответ глаза и махнула рукой:

— Ему величие Ирги жить не дает. А я так, под руку попалась.

— Величие Ирги, — хмыкнул полугном. — Хорошо ты примазалась к великому!

Я отвесила Отто подзатыльник.

— Ты чего? — обиделся он.

— Тебе хорошо зубоскалить, а мне нужно полушубок стирать и юбку новую покупать.

Пока мы шли к общежитию, лучший друг напряженно думал.

— Скажи мне, — прорвало его у самых дверей моей комнаты, — зачем тебе новая юбка? У тебя ведь полный шкаф шмотья?

«А то, что не поместилось, — под шкафом, под кроватью и под Лириной кроватью тоже», — мысленно добавила я.

— Ничего ты не понимаешь, Отто! — вдохновенно произнесла я. — Шкаф-то, может, и полный, но нового ничего нет…

Полугном озадаченно почесал затылок и сказал:

— Никогда этого не понимал. Ладно, как только Ирга пришлет письмо, скажи мне. Посмеяться хочу.

Я вздохнула. Что до некроманта дойдет эта история, я даже не сомневалась. Но писать самой мне было лень…

...

«Милая моя!

С удивлением узнал, что моя будущая жена не только не привлекательна как женщина, но еще и очень некрасива в интимных местах. Не могу сказать, что этот факт меня очень огорчил, — это значит, что, кроме меня, на тебя никто не польстится. Но что твои «достопримечательности» обсуждает весь город, мне очень не понравилось.

...

P.S. Надеюсь, Блондин хорошо получил за то, что покусился на тебя? Отто — привет!»


...

«Дорогой Ирга!

Ола передает свою искреннюю радость оттого, что ты все равно собираешься на нее польститься, поскольку она не готова всю свою жизнь провести в гордом одиночестве. И еще она говорит, что лучше противный некромант, чем скучная старость. Также, как свидетель, могу сказать, чтобы ты не расстраивался и что Блондин пострадал достаточно. «Достопримечательности» Олы никто не обсуждает, потому что она пообещала, что ты нашлешь на всех, кто об этом заикнется, проклятие.

Твоя невеста написать тебе не может, так как валяется на кровати и ноет, потому что вывихнула руку, пытаясь утрамбовать в шкаф новые шмотки. Шкаф пострадал больше — он развалился.


Глава 5
ХАЛЯВА

— Я говорил, — спросил Беф, — что рад тому, что вы наконец-то взялись за ум?

Польщенный Отто улыбнулся, а я обиделась:

— Наставник! Мы давно взялись за ум, а не только в последнее время.

Беф вздохнул:

— Иногда мне кажется, Ольгерда, что у тебя две натуры. Одна — чтобы сводить меня с ума и заставлять объясняться с начальством Университета по поводу новой шалости «этих двоих», а вторая — составляющая успешной пары Мастеров Артефактов. Жаль только, что своему Наставнику поводов для гордости ты предоставляешь куда меньше, чем проблем.

Для гордости? Это что-то новенькое! Я навострила уши. Беф настолько редко меня хвалил, что на мгновение я подумала, что у меня слуховые галлюцинации. Но, посмотрев на раздувшегося от гордости Отто, я поняла, что все услышала правильно… Надо же!

— Хотя я должен сказать, что ваше примерное поведение на протяжении последних месяцев вызывает у меня подозрение. Я чего-то не знаю? Вы затеваете что-то грандиозно ужасное?

Последняя реплика убедила меня в том, что с Бефом все в порядке, поэтому я весело ответила:

— Куда уж ужаснее: нам грозит дипломный проект!

— Профессор Свингдар говорит, что у вас там не все так страшно, как можно было бы ожидать. Как я уже сказал, ваше рвение в учебе радует. Хотя, не скрою, и настораживает одновременно.

— Больше заняться нечем, — сказал Отто.

Я кивнула. Когда прибыльное дело, занимавшее кучу времени, продано, «личная жизнь» пыхтит над диссертацией на другом конце страны, а культурная жизнь в городе притихла, потому что у короля траур по безвременно отравленной соперницей фаворитке, ничего не остается, кроме как учиться. Тем более что наша работа действительно увлекательна — ничего похожего на обычные дипломные проекты, повторяющиеся из года в год. «Добрый» и «заботливый» Наставник расстарался, и мы с Отто трудились над универсальными артефактами защиты от нежити. Конечно, такие артефакты были не очень мощными, но мы разрабатывали модификацию для обычных путешественников, которым «посчастливилось» встретить на своем пути неприятность. Тут главное было оглушить (чтобы успеть самому сбежать), а не уничтожить нежить. Этой идеей и отличался наш артефакт от имеющихся аналогов.

24